Понимание и взаимопонимание.

[ArefievPV]

Чёткие и однозначные границы между: живым и косным, разумным и неразумным, интеллектуальным и неинтеллектуальным, провести сложно, а, скорее всего, невозможно в принципе. Проводимые нами границы, это условность – всегда можно обнаружить те или иные отдельные признаки по обе стороны границ. Мало того, зачастую можно обнаружить все необходимые признаки и там, и там.
 
Предполагаю, что границы мы проводим в соответствии с используемым языком описания/пояснения. То есть, эти границы у нас в голове, а не в природе. Вообще-то, все эти «заморочки» с языками носят гуманитарный характер, но гуманитарии естественно научными проблемами предпочитают не заниматься.
 
У гуманитариев есть свой язык описания/пояснения (кстати, информационный язык, это просто его очередная модернизация в соответствии с духом времени), а большего им и не надо – всю философию (разумеется, ту, которая философоведение, а сама философия) и гуманитарные науки они понятийным аппаратом и соответствующей терминологией данного языка вполне успешно описывают/поясняют.
 
Правда, почему-то не могут описать/пояснить пошагово (но без «прыжков через пропасть»), каким образом, например, косная система превратилась в живую систему. Живое у них, это живое и точка – типа, живое никак не выводится из косного. И гуманитариев даже не настораживает тот факт, что природа-то это как-то сделала – плавно и, в то же время, пошагово, превратила косное в живое.
 
А с понятием сознание и вовсе беда – у гуманитариев в понятии сознание буквально «переплетено» сразу множество сущностей/явлений. Там (в сознании) у них в куче: и потребность, и желание, и цель, и интеллект, и разум, и необходимость быть живым и так далее. На «механистическом» языке описания/пояснения все эти сущности/явления легко разделяются/обособляются, и само понятие сознание (его суть) по итогу освобождается от «шелухи» и обнажает свою «голую» суть.
 
Всё ведь просто, но гуманитариев это почему-то не устраивает. Возможно, они не хотят (или не могут в силу когнитивных особенностей?) использовать «механистический» язык описания/пояснения?
 
То же самое и с понятием живого – утомился объяснять, как чисто «механически» возникает предтеча стремления к самосохранению, как стремление к самосохранению преобразуется в потребность, желание, инстинкт. Ничего не помогает – гуманитарий, он, как «пуговица на костюме» – «держится мёртвой хваткой» за свой язык описания/пояснения.
 
Думаю, что необходим хотя бы словарь-переводчик терминов/понятий с одного языка описания/пояснения на другой язык описания/пояснения. Например, для начала можно проработать перевод слов сознание, жизнь, разум, интеллект, желание, цель, наблюдатель с языка информационного на язык «механистический» и/или наоборот – с языка «механистического» на язык информационный.
 
Так-то я уже расклад давал – объяснял, как можно перейти от «механистических» понятий к понятиям информационным. Там всё просто: формируем из «механистических» понятий конструкции (в которых эти понятия взаимоувязаны, находятся в определённых соотношениях и взаимодействуют по определённому алгоритму), описывающих/поясняющих некое сложное явление и обозначаем его на информационном языке соответствующем понятием.
 
Вроде просто, однако никто даже вникать не стал (или, возможно, я просто не заметил) в мою писанину. Даже свой перевод давал (подробно, с разъяснениями и примерами), но, увы. Приходит на ум, что: либо это не считают проблемой (хотя проблема налицо – например, уже «все ужи прожужжали» «трудной проблемой сознания»), либо просто не в состоянии «говорить» и думать на обоих языках.
 
Конечно, по второму варианту можно попробовать научить, но ведь для этого нужно, как минимум, желание потенциального ученика, а этого не наблюдается от слова совсем. Разумеется, я никого не собираюсь учить – взрослые люди с устоявшейся моделью мироустройства и закрепившимся (возможно, «намертво») языком описания/пояснения, этому обучиться не смогут (могу ошибаться – возможно, есть уникумы).

[ArefievPV]

Агрессия полов
https://habr.com/ru/articles/948076/

С расцветом феминизма часто можно услышать утверждение, что в мире столько войн из-за правления мужчины, а вот будь матриархат войн бы не случалось. Мол мужчины более агрессивные по натуре своей, и доказательства очевидные; мужчин больше в тюрьмах, чем женщин, прочем в разы. Мальчишки чаще дерутся в школе, а девочки более спокойные. Вроде бы все логично. Но если вас грызут сомнения в правильности данного утверждения, то на то есть основания.

Агрессия вместе с страхом являются древнейшими эмоциями, поэтому присутствуют практически у всех существ с нервной системой. И если у большинства организмов агрессия проявляется только в двух случаях: при нападении и при защите, у нас очень разнообразные формы агрессии. Помимо примитивной формы физической агрессии, мы разработали множество других; это и пассивная агрессия, и буллинг, и вынос мозга, и разнообразнейшие виды наездов, сарказм и куча других. Агрессия самый простой, самый быстрый и наименее затратный способ добиться результата или по крайней мере сбросить негатив на ближнего своего, поэтому она широко применяется Хомо. Ребенок не слушается - наори, подчинённый ленится - обложи его матом, муж никак не прибьет гвоздик - вынеси мозг, попутно вспомнив все его грехи, а если просто скучно, всегда можно устроить эмоциональные качели кому-нибудь. Человеческая фантазия поистине безгранична в том числе и в видах агрессии. Кто-то пускает в ход агрессию только когда нет иного выхода, а кто-то сразу переходит в нападение, дабы сэкономить время и ресурсы.

Есть два аспекта которые нужно учитывать в рассмотрении половых отличий, генетический и культурологический, они часто переплетаются и искажают общую картину, в том числе и в случае агрессии. Давайте попытаемся разобраться кто же в итоге агрессивнее: мужчины или женщины? Будет ли матриархат более мирной формой правления?

Сперва немного генетики. Начнем мы рассмотрение вопроса со среднестатистического распределения. Оно гласит что любые случайные величины будут распределяться в виде перевернутого колокола.


Гауссово распределение

Большая часть 98% будет распределятся рядом со средним, но будут и достаточно большие отклонения - крылья распределения. Данное распределение касается практически всего в нашей реальности. Размеры песчинок и размеры сельди в стае, высоты гор и размеры городов. Буквально все подчиняется данному распределению. И мы конечно же не исключение. По любому параметру, например весу или росту или интеллекту Хомо будут распределятся согласно нормальному распределению.

Если же брать распределения в зависимости от пола, то будут различия. По любому параметру крылья у мужского распределения будут шире, чем у женского. Самые гениальные будут мужчины, но и самые тупые будут мужчины. Самые сильный будет мужчина, но и самый слабый будет мужчина. У мужчины будут самые большие и самые маленькие уши. Список бесконечный. Подобный половой диморфизм наблюдается у большинства организмов, в той или иной степени заботящихся о потомстве. Самки они всегда более-менее средние, а вот самцы будут сильно отличаться. На самцах природа экспериментирует, ведь они более дешевый биологический материал. А самки, наоборот, генетически более консервативны, ведь на них задача обеспечивать текущую популяцию генами, приспособленными к текущей ситуации. Если вдруг произойдет катастрофа и все самцы вымрут, кроме одного, он всегда сможет оплодотворить всех самок. А наоборот это не сработает.

Поэтому думаю не удивительно что самые агрессивные будут мужчины, но и самые неагрессивные тоже мужчины. Только последние они не заметны, а первыми заполнены тюрьмы. Поэтому мужских тюрем на порядок больше, чем женских, из-за более широкого хвоста нормального распределения по агрессии.  Но чтобы понять какой из полов более агрессивен нам нужны средние, а не крайние значения агрессивности мужчин и женщин. Апелляция к крайностям конечно же прекрасный пропагандистский трюк, но нас интересует реальность.

Мы все знаем, что такое материнская любовь. Мать любит своих детей и их защищает. Мужчина, заделав ребенка может свалить за горизонт, а женщине нужно заботиться о ребенке. А когда у тебя мало ресурсов, а вокруг столько опасностей, то выжить поможет в том числе и агрессия. Перед матерью, защищающей своих детей, пасуют все.  Агрессия, особенно не физическая, экономит ресурсы организма. Ведь в драке можно сильно пострадать особенно если физически слабее. Но постоянно и моментально проявляя агрессию, ты очерчиваешь красные линии. Поэтому эволюционно женщины в среднем агрессивнее мужчин (данное утверждение касается только не физической агрессии).

Есть еще один аспект нашей жизни, в котором видна более высокая агрессивность женщин. Сложно сказать это культурологическое или генетически обусловленное явление. Думаю, все замечали различия между чисто мужским и чисто женскими коллективами. Особенно теми, которые существуют долгое время. Если мужские коллективы умеют сплачиваться в единое целое, несмотря на внутренние конфликты и интриги, женские представляют собой минное поле, готовое полыхнуть в любое время. И хотя женская агрессия редко доходит до рукоприкладства, ограничиваясь максимум криками и мелкими подлостями, она постоянная и не затухает. В мужском же коллективе могут даже надавать друг другу по зубам, но выплеснув эмоции, спокойно выстраиваются в иерархию. Интриги будут в любом коллективе, постоянно будут образовываться противоборствующие группировки, они будут распадаться и вновь собираться, но в мужском коллективе будет всегда формироваться устойчивая иерархия.

Можно сказать, что это связанно с тем, что девочек не приучают к физическому насилию, а для мальчиков норма драться, вот они, повзрослев распускают руки. Но есть более глубокие эволюционные причины. Для женщины изначально главной целью является забота о потомстве, поэтому они максимально ориентированы на семью и на ее интересы. Поэтому любая женщина в душе автократ, но только в своем маленьком уголке, все что происходит за его пределами с точки зрения власти ей не интересно. Любой мужчина также автократ, но перед ним стоят другие задачи. Обычно он ответственен за контроль внешних угроз. В одиночку ему обычно с ними не справится. А вот если он часть иерархии, которая и защитит его и его семью в случае опасности и поможет добыть больше пропитания, то он может согласиться на невысокий ранг в иерархии, ведь бонусы очевидны. И также очевидно, что сплоченный коллектив всегда эффективнее и сильнее одиночки. А в выстроенной иерархии внутренняя агрессия уменьшается. Именно поэтому мужские коллективы сплоченнее, чем женские. Но также именно поэтому борьба за статус в мужских коллективах жестче и кровавее. Можно сказать, что мужчины сражаются за статус, а женщины за безопасность.

Рассмотрим еще один аспект половых различий. Полностью культурологический. Когда дети дерутся то девочек сразу же останавливают, объясняя, что они девочки и не должны драться. А вот парней наоборот даже одобряют. Неудивительно что в взрослом состоянии они более привычны к физической агрессии. Но если бы их воспитывали в равных условиях, какова была бы ситуация? Например, раньше всегда считалось, что математика прерогатива сильного пола, они лучше в ней разбираются. Но как показали исследования в скандинавских странах, где культурологические различия были нивелированы при воспитании детей, девочки и мальчики показывали идентичные результаты. Скорее всего такие же результаты у физической агрессии. Сегодня мальчиков воспитывают, также запрещая драться, и многие заканчивают школу ни разу не подравшись. Соответственно и во взрослом возрасте они не будут решать конфликты физической силой.

Как результат тренд на сокращение внутривидовых убийства очевиден. Если в эпоху неолита наши показатели не сильно отличались от других приматов и составляли 2%. На 100 000 человек соответственно получается 2000 убийств. При переходе на сельское хозяйство он сократился до 500, сегодня в не благополучных странах он составляет 30-40. А в развитых странах 1-2 человека.

В этих данных не учитываются потери по войнам. Давайте возьмем самую кровавую из войн вторую мировую. Ее жертвами стали по самым максимальным расчетам 85 миллионов человек, сюда включены все потери и военные и не военные и от голода, и от болезней и т.п. Цифры страшные. На 1945 год население планеты составляло 2.5 миллиардов (кстати в 1939 году оно было 2.3 миллиарда, то есть несмотря на ужасную войну, которая охватила всю планету и огромные потери, популяция Хомо выросла). Процент погибших составил 3.5%, если поделить его на шесть лет войны, мы получаем около 500 убитых на 100 000. То есть мировая война откатила нас к средневековым потерям. Если же поделить на последовавшие условно мирные 80 лет, то потери будут примерно 50 человек. Что конечно же в любом случае ниже, чем у других приматов (но есть исключения и о них попозже). Да понимаю, что из массмедиа складывается совершенно другое представление о нашей кровожадности, но как говорится факты вещь упрямая. Мы конечно же звери, но в среднем не очень агрессивные.

Теперь посмотрим способствует ли матриархат снижению агрессивности. Так как на сегодня у нас нет человеческих чисто матриархальных обществ, можем посмотреть, как обстоят дела у других животных. Вот данные по внутривидовой смертности по разным группам животных.

Сурикаты       матриархат                19%
Гиены             матриархат                24%
Тигры              патриархат                 10%
Приматы         патриархат                 2%
Волки              патриархат                 2%
Шимпанзе      патриархат                 0.2%
Бонобо           матриархат                0%

Как видим при чистом матриархате наблюдается самая высокая и самая низкие смертности. Высокая смертность при матриархате объясняется инфантицидом. Связанно это с тем, что королевы матери убивают детенышей других самок, тем самым обеспечивая продолжение своих генов. Скорее всего подобное нам не грозит, но осадочек конечно остается. Большинство других иерархических млекопитающих держатся на уровне пары процентов смертности.

Но более информативно присмотреться к нашим ближайшим сородичам шимпанзе и бонобо. Виды эти близки настолько, что непрофессионал не очень их отличит. Да и ученые начали их разделять только пару десятков лет назад. У них наблюдается полная противоположность в устройстве стаи. У шимпанзе патриархат, а у бонобо матриархат. Шимпанзе решают проблемы рукоприкладством, бонобо с помощью секса. Шимпанзе типичные мачо, а бонобо маменькины сыночки.

У шимпанзе убийства случаются и довольно часто, а вот у бонобо их нет (есть только один случай не полностью достоверный за всю историю наблюдений). Но если посчитать все случаи агрессии и агрессивного поведения, то 2047 часов наблюдений за бонобо зафиксировано 521 агрессивное взаимодействие, в то время как среди шимпанзе за 7309 часов - 654 инцидента. У самцов бонобо агрессия встречалась в 2.8 раз чаще чем у шимпанзе. А контактная -физическая агрессия в 3 раза чаще. Такой вот неожиданный поворот, маменькины сыночки дерутся чаще чем мачо.  Связано это с тем, что самцы бонобо на самом низу иерархии и поэтому пытаются самоутвердиться самыми доступными способами. Более того самки бонобо тоже более агрессивны. А вот шимпанзе пока не происходит смены главы клана (которая обычно выливается в убийства) более спокойные, ведь иерархия выстроена и каждый знает в ней свое место.

Если подвести итог то, при патриархате убийства более частые, а при матриархате выше всеобщая агрессивность. Данный вывод не только подтверждает рассмотренные выше различия между мужскими и женскими коллективами, но и ложится на статистику агрессивности Хомо:


Сравнение типов агрессии у мужчин и женщин

По этой таблице может показаться что женская агрессивность такая же, в то время как мужская часто приводит к летальным последствиям. Но если перевести таблицу не в проценты, а в абсолютные цифры, то картина сильно измениться. Убийства случаются редко, а вот косвенная агрессия может повторяться каждый день.

Агрессия, особенно пассивная агрессия, самая дешевая форма воздействия, позволяющая с минимумом потраченных ресурсов добиться нужного результата. Поэтому она и так распространена. И не важно какого пола существо, при любой возможности оно будет его применять. Особенно если оно стоит на высокой ступени иерархии. В иерархических обществах, частью которых мы являемся, агрессия привилегия высоких иерархов. А пол не так важен. В современном обществе, где роль женщины постоянно возрастает, а физическое насилие уменьшается, неминуемо будет расти и всеобщая агрессивность, что мы в общем то и наблюдаем повсеместно.

Как видим, ни чистый патриархат, ни чистый матриархат не могут быть оптимальными формами устройства общества, у каждого свои недостатки. Оптимум, как всегда, лежит посередине и самая спокойная форма правления это гендерное равенство, где оба пола уравновешивают недостатки противоположного. Что в принципе очевидно и видно по следующей таблице:


Таблица: гендерное равенство и уровень убийств по странам

А вот матриархат, по-видимому, в человеческом обществе сложно реализуем. Тут стоит вспомнить что расцвет большинства империй приходился на правление женщин. Например, при Екатерине Великой в России, царице Тамар в Грузии, королева Виктории в Великобритании. Матриархи очень часто играли консолидирующую роль в иерархии, мужчины, проигрывая в нефизической агрессивности, не пытались конкурировать с ними, а наоборот переносили агрессию на внешнее поле. Что означает агрессивность стран никак не снижалась при женском правлении, а наоборот увеличивалась в разы. Как видим утверждение что правление женщин более мирное не находит подтверждения ни на генетическом уровне, ни на культурологическом.

И вот что удивительно, когда женщины находятся на вершине власти, они почему-то никогда не устанавливают матриархат. Думаю, причина очевидна, в иерархии важна сама иерархия, а пол совершенно не существенен. Все, кто встраиваются в иерархию власти должны соответствовать определённым нормам агрессивности. Слишком неагрессивен? Тебя не пустят наверх. Слишком агрессивен? ты угроза иерархии и тебя вообще вынесут из нее, и может быть вперед ногами. Поэтому изначально слишком высокая агрессивность не является преимуществом, а наоборот недостаток. Женщины начальницы они всегда деспотичны и так же, как гиены матриархи ни во что не ставят подчинённых ни мужчин, ни женщин.

Так что не дай бог нам дожить до матриархата.

[ArefievPV]

Немного вольных размышлизмов (просто мысли вслух).
 
Любая ментальная модель, это всего лишь отражение. Модель (хоть мира, хоть явления, хоть ситуации) определяет возможности наблюдателя в плане: прогнозов и реконструкций, пояснений и описаний, создания/конструирования нового, восприятия нового, узнавании/распознавании известного и т.д. и т.п. И ведь модель, в некотором смысле, определяет и то, на каком языке (механистическом, идеалистическом, информационном и т.д.) думает, понимает и объясняет наблюдаемое, человек.
 
Материалистическая (материя первична) и идеалистическая (идея первична) модели по-разному отражают мир/явление/ситуацию, дают разные возможности и разные результаты при их применении. Модели ещё можно разделить на категории по признаку усложнения/упрощения: «сверху вниз» (из простого формируется сложное) или «снизу вверх» (из сложного формируется простое).
 
Чуток про модели «снизу вверх». Есть простые элементы, из них формируются системы, в которых эти элементы интегрированы в едино целое.
 
Например, условная механистическая модель (как дискретный вариант материалистической модели) позволяет пошагово/дискретно (с очень высокой точностью и «мелкотой шагов» – буквально «по отдельным атомам») реализовать возможности наблюдателя, она хороша для простых и конкретных явлений и ситуаций.
 
Кстати, есть и информационная модель (её дискретный вариант), в которой роль «атомов» играют биты информации. Вот куда такую модель отнести? С одной стороны – информация в ней первична, а материя вторична, с другой стороны – усложнение в ней идёт способом «снизу вверх».
 
Но такие модели плохо подходят для сложных и «расплывчатых» явлений (например, явлений психических и ментальных категорий) – пока «слепишь» явление из крохотных «неделимых элементов» («атомов»), уйдёт «куча» сил и времени. А ведь надо ещё множество таких «крупногабаритных» явлений «слепить» и, в придачу, разработать алгоритм взаимодействия между этими «крупногабаритными» явлениями.
 
При таком подходе будет трудно (для человека, скорее всего, вообще невозможно) удержать в фокусе внимания общую картину происходящего (возможно, что продвинутые системы ИИ с этим смогут справиться). Тут возникнет ситуация, когда огромное количество листьев не позволяют различить в этом «зелёном месиве» ни отдельных деревьев (разве что, только отдельные ветки), ни, тем более, леса (рощи).
 
Есть некоторая проблема (но для данной модели это не проблема, а просто постулат, лежащий в основе) – это неделимость «атомов» («атом» является неразделимой сущностью). Более серьёзная проблема (и зачастую её не замечают), это не как из отдельных элементов возникает единое целое (там всё достаточно просто), а, как это единое целое разделить на составляющие так, чтобы они оказались однозначно теми же самыми, из которых и было сформировано данное целое. Подобное однозначное разложение из таких моделей не следует.

То есть основная проблема, это не проблема интеграции, а проблема неоднозначности обратной операции – дифференцирования (разложения, декомпозиции).
 
Теперь чуток про модели «сверху вниз». Есть сложные сущности (например, Идея, Бог), которые «проецируясь» в/на действительность формируют более простые сущности (типа, как наборы условно взаимосвязанных (но отдельных!) элементов).
 
Например, условная идеалистическая модель, оперирующая целостными, и неразделимыми однозначно, сущностями, которые, однако, тоже вполне себе отдельные (по сути, это дискретный вариант идеалистической модели) хороша для сложных и «расплывчатых» явлений. Да, эта модель не позволяет подробно (до «атомов») отразить мир/явление/ситуацию, но зато она прекрасно позволяет различить и «ветки», и «деревья» и даже «лес». Мало того, для такой модели даже не стоит вопрос об интеграции простых элементов в единое целое (там глубоко интегрированная целостная сущность – идея – изначальна, это из неё путём «упрощения-проецирования» получаются наборы из простых условно взаимосвязанных элементов).
 
Но у таких моделей есть скрытая проблема – невозможность однозначного разложения/декомпозиции неделимой сущности на конкретные составляющие – вариантов разложения может быть множество. Почему я считаю эту проблему скрытой?
 
Для идеалистов идея первична (типа, её возникновение не требует объяснений), а «упрощения-проекции» из неё получаются автоматически (типа, деградация/упрощение ведь идёт самопроизвольно). Однако идеалист, на самом деле, реконструирует (зачастую, произвольно) идею по её «следу» (той самой «проекции» – набора условно взаимосвязанных элементов), а не «видит» её первоначальный облик и не осознаёт, что у любой сущности проекций (способов и вариантов разложения на составляющие) может быть множество.
 
(Замечание в скобках: кстати, и материалисты тоже не заморачиваются проблемой неоднозначности обратной операции (дифференцирования))
 
То есть, его реконструкция была произведена (ненамеренно и на подсознательном уровне, так сказать) способом «снизу вверх», который он активно не приемлет. Здорово, да? Высший уровень сознания идеалиста «резюмирует», что нечто создаётся путём «сверху вниз» (типа, из идеи → функционирующая система), а подсознание идеалиста вовсю занимается реконструкцией способом «снизу вверх» (типа, из элементов «сшивает на скорую руку» целостную сущность – идею) и «подсовывает» результат высшему уровню сознания .
 
Какие модели более правильно отражают действительность? Если судить, как предпочитает работать (и на какой способ ориентируется) наше подсознание у идеалистов (а у материалистов всё это и на высшем уровне сознания прекрасно работает), то это, наверное, материалистические модели «снизу вверх».
 
При этом проблема неоднозначности разложения/декомпозиции целого идеалистами (не всеми, но большинством) не замечается, а материалистами игнорируется (не всеми, но большинством).
 
Но все модели, через которые (посредством которых) реализует свои возможности наблюдатель, будут неизбежно дискретными в силу принципиальных свойств самого наблюдателя, его сути. Ведь наблюдатель – это локальное и актуальное отражение действительности.
 
То есть наблюдатель является изначально дискретной (выделенной, локализованной, обособленной и т.д.) сущностью – это «граница», «плёнка», «точка», «линия», «плоскость»/»двумерная поверхность», «область» и т.д., между взаимодействующими сторонами (в данном случае: между моделью и окружением). Наблюдатель – это, по сути, результат (и/или процесс) взаимодействия между двумя сторонами.
 
В силу своей «конструктивной особенности» наблюдатель всегда будет выделять, обособлять, любую сплошность/непрерывность будет превращать в дискретный набор/последовательность/множество отдельных элементов.
 
Кстати, забавный момент – голографический принцип (информация о трёхмерном объёме умещается на двумерной поверхности сферы, охватывающей этот объём) тоже отчасти «перекликается» с формулировкой моего определения наблюдателя (там только надо решить вопрос со сторонами взаимодействия).

[ArefievPV]

Разместил на Астрофоруме Небольшое замечание общего плана от неспециалиста, продублирую сюда. Правда, в том сообщении я не уточнил некоторые моменты, поэтому уточнения уже здесь напишу (в P.S.).

Rattus пишет:

Интеллект – способность самостоятельно находить способы решения задач. В наиболее широком смысле – "сила", максимизирующая число степеней свободы управляемой системы по А.Висснер-Гроссу. Присущ любым живым организмам либо их популяциям, имеющим эволюционирующие клеточные регуляторные системы.

Polnoch Ксю пишет:

Первая часть определения(про способность решать задачи) - норм, у меня нет с ней проблем. А вот вторая, ИМХО, биологизирована, и является ошибочной.
…
Предлагаю такую поправку:

Интеллект – способность самостоятельно находить способы решения задач. В наиболее широком смысле – "сила" способная к максимизации число степеней свободы управляемой системы по А.Висснер-Гроссу.

Серый Страж пишет:

Интеллект, это не сила, это просто вычислительный функционал. По сути, интеллект, это всего лишь способность вычислить (то есть, не сила вычисления, а только лишь потенция к вычислению), например, решение и/или прогноз.

Да, этот функционал можно «настроить», «задать направление», «прописать что-то промте» и т.д. и т.п., и, тем самым, превратить его просто в более «узконаправленный» (в более специализированный) вычислительный функционал.

Но никакими там желаниями, стремлениями и пр., этот функционал сам по себе изначально не обладает, и обладать не может – интеллект, это не разум. Интеллекту без разницы, что и для чего вычислять – для самосохранения системы, для увеличения в будущем степеней свободы системы и т.д., он способен только вычислять.

Но если в промте интеллекта «прописать» некое стремление (например, в промте биологических систем «прописано» стремление к самосохранению), то он при активации уже будет путём вычислительных операций/процедур находить решения для реализации, «прописанного» в промте. И в этом случае, интеллектуальная система уже может себя вести, как система, имеющая некие внутренние стремления, некие желания/хотения, некие цели – то есть, интеллектуальная система может себя вести, как разумная.

Разум же, это способность системы с помощью интеллекта реализовать своё стремление к самосохранению. Можно сказать, что разум системы, это такой интеллект, в промте которого «прописано» стремление к самосохранению данной системы – то есть, это интеллект живой системы. А живая система уже по определению изначально разумна (само собой степень разумности может сильно варьировать).

И это не биологизация*, поскольку живая система может сформироваться не только на основе соединений углерода и воды (понятно, что там и других химических элементов полно, но основа именно эта), живая система может сформироваться на любой основе – вплоть до того, что это будет некая электронная/цифровая живая система, обитающая в информационном пространстве сети Интернет и в её компонентах (серверах и пр.). То есть, это тоже будет жизнью: живая система (электронная/цифровая живая система) + среда её обитания (сеть Интернет и её компоненты (сервера и пр.)).

И такое тоже будет соответствовать моим определениям живого и разумного:

Серый Страж пишет:

Привожу комплект определений (их следует рассматривать во взаимосвязи друг с другом):
 
Жизнь – это живая система (совокупность систем) и её среда обитания.
Живая система – это система, проявляющая в активной фазе своего существования: стремление к самосохранению и способность реализовать это стремление.
Интеллект системы – это вычислительный функционал (практически в физико-математическом смысле слова) системы.
Разум системы – это способность системы реализовать стремление к самосохранению средствами интеллекта.
 
До кучи:
 
Ум системы – это локальное и актуальное проявление разума системы.

Алекс Висснер-Гросс, сам того не замечая, уже изначально приписывает интеллекту свойства/качества разума. Он даже использует слова и выражения «не хочет», «пытается»:

Алекс Висснер-Гросс: Новое уравнение интеллекта
https://ideanomics.ru/lectures/13472

Существует ли единственное уравнение интеллекта?

И ответ, я думаю, «да». [«F = T ∇ Sτ»] Вы видите, возможно, ближайший эквивалент Е = mc² для интеллекта, который я изучил. Вы видите выражение соответствия того, что интеллект — это сила, F, которая действует таким образом, чтобы максимизировать будущую свободу действий. Она действует для максимизации будущей свободы действий или сохранения возможностей открытыми с некоторой силой Т, с разнообразием возможных доступных вариантов будущего, S, вплоть до некоторого будущего временного горизонта, тау. Короче говоря, интеллект не хочет попасть в ловушку. Он пытается максимизировать свободу действий в будущем и сохранить варианты открытыми.

Понимаете, максимизация будущей свободы действий**, тоже ведь работает на сохранение системы – то есть, не только на сиюминутное сохранение «здесь и сейчас», но и на сохранение системы в перспективе. 

Кстати, и репликация, это тоже всего лишь способ сохранения своей базовой структуры для таких слабоустойчивых систем, как живые системы нашего типа жизни (по сути, какие-то «коллоидные комки», в основе структуры которых соединения углерода и воды). Таким  неустойчивым «коллоидным комкам» сохранить свою основную структуру можно только непрерывной репликацией – типа, пока оригинал не разрушился, можно скопировать с него кучу реплик.

Другое дело, что при репликации может измениться не основная структура, но зачастую это помогает сохранению основной – то есть, основная структура будет сохраняться в поколениях за счёт изменений неосновной структуры (вообще-то это один из способов адаптации живых систем).

P.S. Уточнения:

Первое уточнение по поводу биологизации*.

Биологическое, в узком понимании этого термина, это то, что относится к живому нашего типа жизни – то есть, химического типа жизни на основе соединений углерода и воды. Но, как уже неоднократно говорил, наш тип жизни не единственный – живая система может сформироваться на любой основе. Поэтому некая электронная/цифровая живая система, обитающая в информационном пространстве сети Интернет и в её компонентах, тоже является, так сказать, «биологической».

Второе уточнение по поводу примата самосохранения перед максимизацией будущей свободы действий**. То есть, максимизация будущей свободы действий, является всего лишь способом «пролонгации» самосохранения.

[ArefievPV]

На мой взгляд, дилемма «свобода воли или детерминизм» – ложная.

Попробую пояснить.

Если совсем упрощать, то на макроуровне (на уровне классической физики) – «рулит» причинность (причинно-следственная связь), на квантовом уровне (на уровне квантовой физики) – «рулит» вероятность. При переходе с квантового уровня происходит «коллапс» вероятности в причинность.

Но квантовый уровень лежит в основе мироздания – то есть, уровень квантовой физики более фундаментален, нежели уровень классической физики. Поэтому глобально какой-то там предопределённости нет.

Но нет и свободной воли у человека (или у какого-либо другого макрообъекта), как некоей независимой, буквально ни от чего, сущности, поскольку на уровне макромира у всего есть причина.

P.S. На Астрофоруме поспорили о свободе воли. Я сказал, что свобода воли, это просто иллюзия нашего сознания, а оппонент начал аргументировать тем, что если нет свободы воли, то мир жёстко детерминирован.

[ArefievPV]

Многие люди устанавливают у себя в мозгах однозначную связь между свободой воли и ответственностью. Наличие или отсутствие свободы воли не связано напрямую с ответственностью.

Ответственность прописана в морали и формальных законах, и она работает в первую очередь на самосохранение социума как целого, и только во вторую очередь на самосохранение особи этого (или другого) социума.

Мораль (как, в общем-то, и формальные законы), это система правил поведения особи, ограничений и запретов, налагаемых на особь. И эта система предназначена  для выживания/самосохранения в первую очередь социума как целого (она и формируется в процессе выживания и адаптации социума).

И в морали (особенно если это примитивная мораль, многого не учитывающая) наличие или отсутствие свободы воли у особи не играет большой (а, по сути, вообще никакой) роли – сделал фигню, поступил плохо, накосячил – ответишь. Тут особь либо научится себя правильно вести, либо будет изолирована от социума, изгнана из социума, убита.

Избавление (или, как вариант, переобучение) от преступников, разрушающих социум, ухудшающих состояние особей и т.д., для любого социума – необходимость (иначе социум не сможет выжить/сохраниться). А то, что для кого-то (не считая самого нарушителя/преступника) это покажется несправедливым – обществу/социуму без разницы.

Предустановка о наличии свободы воли (как и предустановка об отсутствии свободы воли) сильно мешает объективно оценивать вред для социума в целом и для других людей (в том числе и для себя) в частности.

Другое дело, что в морали (и в формальных законах) должен учитываться фактор отсутствия свободы воли – должны быть сформулированы и прописаны правила поведения для особей не только в таких ситуациях, где свобода воли и/или свобода выбора особи явно ограничены (типа, заставляют человека что-то делать под дулом автомата, или у человека явные когнитивные/психические нарушения), но и в таких ситуациях, где отсутствие свободы воли явно не просматривается.

Но, подчёркиваю, ответственность за нарушение/преступление всё равно должна быть в любом случае – либо человека надо переобучать (хоть путём устрашения и/или дрессировки), либо (если совсем неисправим и очень опасен) избавляться (богатые социумы могут позволить себе и содержать такого долгое время в изоляции – кормить/поит/одевать и т.д.).

И вообще – отсутствие свободы воли вполне компенсируется соответствующим обучением (воспитанием, дрессировкой) в детстве (имею в виду нормальных здоровых людей без критических отклонений).

Также заметно, что по мере развития социума и наращивания его богатства, мораль становится всё более гуманной, всё более мягкой к нарушителям/преступникам – она (мораль) начинает учитывать множество нюансов (вплоть, до такого «щекотливого» факта, как отсутствие свободы воли у индивидуума).

P.S. Это всё к тому же спору на Астрофоруме о свободе воли.

[ArefievPV]

Если любые дискретные изменения материальной структуры интерпретировать, как преобразование информации, то любое дискретное направленное изменение структуры следует называть вычислением.

То есть, вычисление, это дискретный направленный процесс преобразования информации. А мышление, это «закольцованный/замкнутый» на самосохранение системы процесс вычисления. Поэтому предтечей мыслительного процесса является наиболее простой «закольцованный» на самое себя вычислительный процесс (эдакий «квант мышления»). 

Кстати, само самосохранение реализуется через внутреннюю «закольцовку» («закольцованную/замкнутую» на самое себя совокупность внутренних процессов в системе). Уточняю, совокупность должна быть уровня самой системы.

В системе всегда есть вычисления – дискретные направленные процессы преобразования информации,  поскольку в любой системе всегда есть дискретные направленные изменения структуры. А вот для среды (для окружения системы) мы условно принимаем отсутствие такой направленности – типа, изменения структуры идут хаотично и никакого выделенного направления выявить невозможно (соответственно нет и направленных процессов преобразования информации).

И ещё. При соответствующем масштабе рассмотрения даже в аналоговом (непрерывном) процессе всегда можно выявить дискретность.

Например, импульсы нейронов дискретны (тут вычисление легко просматривается), а накопление заряда на мембранах нейрона, вроде бы, непрерывно (и вычисления, как такового, вроде бы, не просматривается). Но если опустится на более глубокий уровень рассмотрения (более мелкий масштаб рассмотрения), то можно выявить дискретность процесса накопления (типа, ионы, протоны добавляются/удаляются поштучно).

То есть, аналоговые направленные преобразования информации тоже, можно (и, на мой взгляд, следует) считать вычислениями (в широком смысле этого слова).

Поэтому, все эти ощущения, осознания, представления, переживания, прогнозы, реконструкции и т.д. тоже, в конечном счёте, сводятся к вычислениям (к неким сложным комбинациям из «прямых» и «закольцованных» вычислительных процессов).

[ArefievPV]

Изучение пингвинов помогло воссоздать универсальный механизм коллективного поведения для роботов и животных
https://naked-science.ru/article/column/izuchenie-pingvinov-pomog
Управление большими группами взаимодействующих объектов стало одной из ключевых технологических проблем. Ученые из разных научных областей предлагали свои решения, но столкнулись с ограничениями. Существующие подходы либо оказываются неэффективными при масштабировании, либо не способны учитывать множество важных факторов. Ученые Пермского Политеха нашли решение этой проблемы в природе, исследовав механизм коллективного выживания императорских пингвинов. Они усовершенствовали разработанную ранее математическую модель самоорганизации и впервые проанализировали поведение каждого агента в отдельности, раскрывая механизмы перехода от индивидуальных действий к общим. Это исследование открывает практические перспективы в различных областях — от создания роев медицинских нанороботов, способных точечно доставлять лекарства к опухолям, до проектирования автономных систем для работы в экстремальных условиях Арктики и космоса.

Современный мир сталкивается с растущей сложностью управления большими группами взаимодействующих биологических и искусственных объектов. Это могут быть роботы, животные или люди. Эта проблема проявляется в самых разных сферах жизни — от формирования клеточных структур и движения бактерий до организации спасательных операций и градостроительного планирования, — везде, где требуется эффективная координация множества активных агентов (элементов, способных к самодвижению и принятию решений).

Изучение этих систем особенно важно, поскольку оно позволяет понять принципы самоорганизации. Например, самосборка — процесс, когда простые элементы самостоятельно объединяются в сложные структуры. Он становится ключевым механизмом для микроскопических систем, где прямое управление невозможно.

Проблема согласованного поведения тысяч элементов давно решена в природе. Так, императорские пингвины в суровых условиях Антарктиды демонстрируют пример идеальной самоорганизации. Тысячи этих птиц без какого-либо централизованного управления способны формировать сложные динамические структуры для коллективного выживания. В условиях ухудшения погоды они собираются в плотные скопления, внутри которых поддерживается комфортная температура. При достижении критической численности стая совершает резкий переход к организованным вихревым движениям. Этот процесс обеспечивает циклическое перемещение особей внутри скопления. В итоге птицы с холодной периферии постепенно движутся к теплому центру, и наоборот. В таком случае каждый пингвин получает возможность периодически какое-то время греться, что позволяет всей популяции коллективно выжить.

Если в живой природе процесс самосборки изучается давно, то для искусственных систем это направление новое. Лишь недавно ученые доказали, что даже простые роботы, подобно пингвинам, способны самостоятельно создавать сложные структуры.

Это открывает путь к созданию принципиально новых технологий в самых разных областях. Например, можно внедрить нанороботов, которые будут доставлять лекарства к месту образования опухоли, ориентируясь на специфические биомаркеры больных клеток. Сами агенты будут представлять собой микроскопические капсулы, заполненные лечебным препаратом. Когда они соберутся в одном месте в большом количестве, то повысят общую температуру, что высвободит термочувствительное лекарство прямо в нужной точке и минимизирует воздействие на здоровые ткани.

Ранее ученые ПНИПУ разработали математическую модель, которая показала, что группа роботов, движущихся к теплу, подобно животным, способна самоорганизовываться в упорядоченные структуры. Это позволило им проанализировать коллективное поведение такой системы в целом. Статья опубликована в научном журнале «Компьютерные исследования и моделирование».

Сейчас они усовершенствовали модель: рассматривали каждый элемент группы индивидуально. Это было необходимо для понимания, как именно формируются плотные скопления, как агенты взаимодействуют друг с другом и в итоге запускают согласованное движение всей стаи без какого-либо централизованного управления. Это означает, что в системе отсутствует «лидер», а поведение каждого элемента зависит только от собственного набора правил.

Основой модели стали два правила, позаимствованные из наблюдений за пингвинами. Первое — движение в сторону увеличения температуры: чем холоднее среда, тем сильнее стремление присоединиться к группе, где больше тепла. Второе — сила отталкивания, которую добавили в модель, чтобы агенты не сталкивались и сохраняли между собой дистанцию при движении. Когда два объекта приближаются друг к другу, между ними возникает «давление», заставляющее их разойтись.

Объяснение поведения пингвинов подтолкнуло ученых к следующему шагу — проверить, будут ли те же принципы самоорганизации работать для простых искусственных агентов. Используя для анализа рой роботов Kilobot исследователи обнаружили: такие синтетические системы демонстрируют те же переходы, что и живые стаи.

— Для реализации мы использовали численные методы. Механическое движение агентов рассчитывалось пошагово: компьютер моделировал поведение через небольшие промежутки времени. На каждом таком шаге программа определяла текущее положение всех роботов, рассчитывала силы притяжения и отталкивания для каждого объекта, — рассказал Кирилл Костарев, младший научный сотрудник кафедры «Прикладная физика» ПНИПУ.

В ходе исследования ученые также выявили, что при малой численности агенты формируют неподвижную кристаллоподобную структуру. Однако при превышении порога численности (около 110 объектов) в системе спонтанно возникает вихревое движение. Этот переход имеет важное практическое значение, поскольку в неподвижном скоплении тепло распределяется неравномерно. Агенты в центре находятся в комфортных условиях, тогда как периферийные элементы переохлаждаются. Вихревое движение обеспечивает необходимую циркуляцию, позволяя каждому элементу проводить часть времени в теплой центральной зоне.

Это значение становится ключевым параметром при проектировании реальных скоплений роботов. Он позволяет точно определять размер группы, необходимый для запуска движения всей системы.

— В итоге разработанная модель демонстрирует единство законов природы: одни и те же физические принципы работают на разных уровнях организации материи. Это подтверждает, что коллективное поведение подчиняется универсальным механизмам самоорганизации, не зависящим от конкретной природы агентов. Модель предлагает универсальный инструмент для проектирования систем роботов, — дополнил Кирилл Костарев, аспирант кафедры «Прикладная физика» ПНИПУ.

Универсальность открытых принципов позволяет применять модель в самых разных областях. Например, с ее помощью можно создать рой автономных подводных или космических дронов, работающих в арктических условиях или в тени лунных кратеров, которые будут использовать терморегуляцию для выживания в экстремальных условиях.

P.S. Предполагаю, что не только увеличение количества агентов/элементов в системе влияет на характер поведения системы, но и увеличение количества индивидуальных правил поведения агентов/элементов может весьма сильно повлиять на итоговое поведение всей системы в целом в сторону усложнения.

А ещё с этих позиций неплохо было бы рассмотреть «коллективное поведение» клеток (нейронов, астроцитов, глии) в головном мозге и коллективное поведение человеческих особей в социуме. Думаю, что и мемы могут вполне играть роль агентов/элементов, «коллективное поведение» которых порождает сложное поведение всей системы в целом в виде создания/формирования идей/концепций, творчества и пр.

Как бы не получилось по итогу, что мышление и сознание каждого отдельного человека, это результат  «коллективного поведения» клеток головного мозга этого человека. А все сложные изобретения, открытия, технологии и производства являются результатом коллективного поведения человеческих особей (физическая составляющая) и мемов (информационная составляющая), а не результатом работы только одного мозга какого-то отдельного человека.

[ArefievPV]

Живем ли мы в симуляции? Новая теория объясняет, как мы можем жить внутри собственной копии
https://www.ixbt.com/live/science/zhivem-li-my-v-simulyacii-novaya-teoriya-obyasnyaet-kak-my-mozhem-zhit-vnutri-sobstvennoy-kopii.html

В современной теоретической физике и философии науки гипотеза симуляции, в основном, находилась где-то в разряде вероятностных спекуляций. Споры строились вокруг аргументации Ника Бострома и попыток оценить шансы того, что наша реальность является искусственной моделью. Но этот подход страдал от отсутствия формальной базы: исследователи опирались на интуитивные понятия о «мощности компьютеров» и «сложности мира», игнорируя базовые законы теории информации.

Ситуация изменилась с публикацией работы Дэвида Вольперта из Института Санта-Фе. В статье, вышедшей в Journal of Physics: Complexity, проблема симуляции впервые переводится с языка философских допущений на язык строгой теоретической информатики. Вольперт доказывает контринтуитивный факт: при соблюдении определенных физических условий Вселенная способна точно моделировать саму себя, не требуя для этого внешних ресурсов, превышающих её собственные.

Физика как вычисление

Для формального доказательства необходимо принять два базовых допущения, которые связывают материальный мир с абстрактной теорией алгоритмов. Вольперт называет их физическим и обратным физическим тезисами Чёрча-Тьюринга.

Первое — физический тезис Чёрча-Тьюринга (PCT). Он утверждает, что все законы физики, управляющие нашей Вселенной, вычислимы. Это означает, что любое изменение состояния материи и энергии во времени можно представить как результат работы алгоритма, выполняемого на универсальной машине Тьюринга. Если этот тезис верен, то Вселенная по своей структуре похожа на компьютерную программу. Здесь не требуется наличие «программиста» — важна лишь математическая природа законов.

Второй — обратный физический тезис (RPCT). Он предполагает, что физическая реальность допускает существование универсального вычислителя. Иными словами, законы физики позволяют собрать из материи устройство (компьютер), способное выполнить любой алгоритм, который в принципе может быть вычислен.

Совокупность этих двух тезисов создает замкнутую логическую систему. Если Вселенная является алгоритмом и может содержать устройство для выполнения любых алгоритмов, возникает вопрос: может ли часть системы (компьютер) вычислить состояние всей системы (Вселенной), включая само себя?

Преодоление парадокса вложенности

Интуитивное понимание проблемы подсказывает что ответ отрицательный. Кажется очевидным, что для моделирования объекта требуется система, превосходящая этот объект по сложности. Если компьютер пытается симулировать Вселенную, в которой он находится, он должен симулировать и сам себя, затем симуляцию себя внутри симуляции, и так до бесконечности. Этот процесс, известный как бесконечная регрессия, должен привести к переполнению памяти или зависанию процесса.

Однако теоретическая информатика интуицию опровергает. Вольперт использует Вторую теорему о рекурсии Клини. Она доказывает, что в рамках полных по Тьюрингу систем возможно существование программ, которые обрабатывают собственный исходный код без возникновения бесконечного цикла.

В математическом смысле это означает существование «неподвижной точки». Применительно к космологии это выливается в Лемму о самосимуляции. Вольперт доказывает: существует такое начальное состояние вычислительного устройства внутри Вселенной, которое запустит точную симуляцию эволюции всей этой Вселенной.

Важно понимать, что по природе этого процесса, компьютер не создает физическую копию Вселенной атом за атомом внутри своего корпуса — это было бы пространственным парадоксом. Вместо этого он воспроизводит информационную структуру динамики Вселенной. Теорема рекурсии гарантирует, что функция, описывающая эволюцию Вселенной, и функция, выполняемая компьютером, могут быть математически тождественны.

Временные ограничения и «ленивые» вычисления

Математическая возможность самосимуляции не означает отсутствия физических ограничений. Одним из ключевых факторов становится время. Вольперт демонстрирует, что симуляция не может опережать моделируемую реальность в реальном времени.

Чтобы компьютер мог предсказать состояние Вселенной через интервал времени Δt, ему потребуется время обработки, которое превышает или равно Δt. Это создает необходимую временную задержку. Симулятор всегда догоняет реальность.

Однако этот барьер преодолевается, если изменить подход к обработке данных. Вольперт описывает сценарии, которые можно охарактеризовать как «ленивую симуляцию». Компьютер может не хранить всю информацию о Вселенной в момент запуска. Вместо этого он может считывать необходимые данные из окружающей среды непосредственно в процессе вычислений. Это позволяет строить цепочки вложенных симуляций, где каждая следующая итерация опирается на данные предыдущей, создавая рекурсивную структуру, развернутую во времени.

Тупик знаний и Теорема Райса

Одним из самых глубоких следствий работы является доказательство принципиальной невозможности для наблюдателя определить свой статус. Вольперт обращается к Теореме Райса, которая гласит, что любые нетривиальные семантические свойства вычислимых функций алгоритмически неразрешимы.

Применительно к вопросу симуляции это означает следующее:

• Невозможно создать алгоритм, который, анализируя законы физики, определит, является ли данная Вселенная базовой или симулируемой.
• Наблюдатель, находящийся внутри системы, не может определить, запущена ли в его Вселенной самосимуляция, охватывающая его самого.
• Множество всех Вселенных, способных к самосимуляции, не является разрешимым множеством.

Это переводит вопрос «Живем ли мы в симуляции?» из разряда научных гипотез в разряд принципиально нерешаемых задач. Даже обладая полным знанием всех физических законов, мы столкнемся с математическим запретом на получение ответа.

Одинаковость субъекта и объекта

Лемма о самосимуляции приводит к пересмотру понятия идентичности. Если компьютер внутри Вселенной идеально точно моделирует эволюцию этой Вселенной, то возникает дублирование наблюдателей. Существует физический наблюдатель и его симулированная версия.

Согласно доказательствам Вольперта, если симуляция точна (что гарантируется теоремами), то между этими двумя версиями нет никакой функциональной разницы. Их восприятие, мыслительные процессы и поток входных данных идентичны. С точки зрения математики это не два разных объекта, а одна и та же сущность. Вопрос «Кто из нас реален?» теряет смысл, так как в вычислимой Вселенной реальность определяется алгоритмом, а алгоритм у них общий.

Криптографическая природа реальности

Особый раздел исследования посвящен полностью гомоморфному шифрованию (FHE). Этот метод позволяет производить вычисления над данными, которые находятся в зашифрованном виде, без необходимости их расшифровки. Результат таких вычислений также остается зашифрованным.

Если предположить, что симуляция нашей Вселенной использует FHE, возникает парадоксальная асимметрия знания. Для внешнего оператора, запустившего симуляцию, процессы внутри компьютера выглядят как случайный шум, лишенный какой-либо структуры. У него может не быть ключа дешифровки, и он не будет понимать, что именно происходит внутри машины.

Однако для наблюдателей внутри симуляции (нас) этот шум разворачивается в стройную систему физических законов, причинно-следственных связей и материи. Это разрушает антропоцентричное представление о симуляции как о спектакле для зрителя. Вселенная может быть вычислительным процессом, закрытым от понимания даже для того, кто обеспечивает его выполнение.

Заключение

Работа Дэвида Вольперта демонстрирует, что возможность существования Вселенной, которая содержит саму себя в виде кода, не противоречит логике. Напротив, она является прямым следствием применения принципов теории вычислений к физическому миру.

Мы получаем картину реальности, где границы между материей и информацией, между оригиналом и моделью становятся условными. Строгая математика подтверждает: структура бытия может быть рекурсивной, замкнутой сама на себя, и при этом принципиально непознаваемой изнутри. Это не требует фантастических технологий будущего — достаточно лишь того, чтобы физика нашего мира была вычислимой.

Источник: Journal of Physics: Complexity

P.S. Конечно, математика позволяет многое, но не стоит забывать сказанное вначале заметки: «для формального доказательства необходимо принять два базовых допущения, которые связывают материальный мир с абстрактной теорией алгоритмов»...

[ArefievPV]

Немного вольных размышлизмов о внутренней модели окружения в системах.
 
Дальнейшие рассуждения – для наблюдателя, который может выделять, отделять, различать, разграничивать наблюдаемое. Теоретически, в силу основополагающих свойств самого наблюдателя (наблюдатель – это локальное и актуальное отражение действительности), наблюдатель любого уровня это может делать по определению – он ведь сам по себе и есть ограниченное отражение.
 
Если же есть нечто невыделяемое, неразличаемое, неотделяемое и т.д. от фона/среды/контекста, то и рассуждения об этом бессмысленны. Также бессмысленны рассуждения, когда для наблюдателя: «всё связано со всем», «всё влияет на всё», «всё зависит от всего» – тут нет «точки отсчёта», от которой можно начать рассмотрения, нет «опоры», на которую будут опираться рассуждениях, нет  системы отсчёта (СО), «системы координат», в которой можно рассматривать и рассуждать.
 
Итак. Выберем условную нулевую точку отсчёта – система уже есть, окружающая её среда тоже есть, система взаимодействует со средой, смотрим на систему, как бы, извне, со стороны.
 
Взаимодействие системы со средой порождает внутри системы (что там происходит в среде, пока не важно) отражение в виде неких «следов» этого взаимодействия. «Следы», в физическом смысле, это некие изменения в структуре системы, сохраняющиеся какое-то время (иногда, исчезающие сразу после окончания действия среды, иногда существующие и после окончания действия среды аж до самой «смерти» системы). Наличие «следов», уже само по себе, подразумевает наличие у системы памяти (о качестве и свойствах которой, пока речь не идёт).
 
Если система представляет собой примитивный объект (нет сложной иерархии внутренних «вложенных» структурных уровней, объединяемых аналогом общей «закольцовки»), то и отражение будет примитивным – разрозненным набором «следов» без иерархии «соподчинения» и без целостности этого набора (нет объединяющего внутреннего фактора). Такое отражение взаимодействия трудно назвать моделью окружения.
 
Если же система представляет собой объект со сложной внутренней иерархией  «соподчинения» структурных уровней, объединённых общей внутренней «закольцовкой», как объединяющим внутренним фактором, то и отражение будет «продвинутым». То есть, в результате взаимодействия такого объекта с окружением в объекте будет формироваться не просто набор разрозненных «следов», а целостное отражение, которое уже можно назвать моделью окружения.
 
Такая модель окружения будет влиять на реакции системы на воздействия окружающей среды.
 
Текущие реакции системы могут быть «искажены»:

– иногда реакции будут, как бы, «с учётом» предыдущих воздействий,
– иногда реакции будут, как бы, «предвосхищать» ещё не начавшиеся воздействия среды (аналог реакций опережающего отражения),
– иногда реакции будут, как бы, проактивными (хотя, по сути, это просто отложенные реакции (как звонок будильника на предыдущий завод этого будильника)),
– иногда реакции будут «левыми», «глупыми», «бессмысленными»,
– и так далее.
 
Кстати, проактивные реакции и реакциями-то называть трудно – воздействия среды ещё вроде не было, а система начинает проявлять «инициативу» (то есть, это не «ре-акция», а «акция»).
 
И я говорю не о полноценных живых системах, а о косных системах, способных к формированию внутреннего отражения (в виде целостной модели) внешнего окружения.
 
То есть, аналоги внутренних моделей окружения, сформированных в живых системах, вполне себе существуют и в косных системах. Конечно, в самом общем случае, для косных систем, эти их модели безотносительны сохранению этих систем. Однако (выскажу «крамольную» мысль), в общем и целом, такие модели могут оказаться и сложнее, и точнее, нежели внутренние модели живых систем.
 
Другое дело, что живым системам мы приписываем направленность на самосохранение и из-за этого «настоящими» внутренними моделями внешнего окружения считаем только такие модели, которые способствуют (например, в виде формирования каскадов реакций опережающего отражения) именно самосохранению. А при таком подходе, наличие внутренних моделей внешнего окружения в косных системах будет ставиться под сомнение.

[ArefievPV]

Ещё немного вольных размышлизмов (в продолжение предыдущего сообщения).
 
Теперь можно рассмотреть, так сказать, взглядом со стороны, реакцию опережающего отражения более подробно.
 
Во внутреннем отражении (в том, которое в виде модели) отражается внешнее окружение не в статическом виде, а в динамике – то есть, во внутренней модели внешнего окружения отражаются не только текущие средовые условия, но, и, если размеры модели позволяют, отражается весь цикл изменений условий.
 
Уточняю: для полноценного отражения динамики необходимо динамическое отражение, а не просто статическая «запись» динамического процесса.
 
Соответственно, в отличие от обычного накопления «следов» взаимодействий в виде «пластов» «записей» произошедших изменений в среде, для отражения динамики нужен механизм, позволяющий эти «напластования» «проигрывать» внутри модели раз за разом.
 
И основа такого механизма у систем, способных к формированию внутреннего отражения (в виде целостной модели) внешнего окружения, уже есть по умолчанию – это внутренняя «закольцовка».
 
В более сложном варианте «закольцовки» (в виде иерархии соподчинения «закольцовок» разного уровня) появляется возможность «проигрывать» и отдельные участки «напластований» (типа, из всего «разреза» в 100 «пластов» можно «проиграть», например, с 8-го по 20-ый, несколько раз).
 
Разумеется, «в идеале», следовало бы показать, как можно «добраться» до любого «пласта» «следов» в произвольном порядке, и/или как можно сформировать произвольную комбинацию из «пластов» для «проигрывания». Но я пока рассматриваю только достаточно простые модели и механизмы, обеспечивающие их функционирование.
 
Итак. Внутренняя «закольцовка» в системе не только связывает в единое целое «следы» взаимодействий, но и позволяет отразить в модели внешнюю динамику, а не просто статическое накопление «пластов» «записей» произошедших изменений.
 
То есть, в модели, как в отражении, накапливаются знания о внешней среде – идёт накопление «пластов» «записей» произошедших изменений во внешней среде, отражается цикличность изменений и порядок цикла (типа, что и после чего следовало).
 
В некотором смысле, в модели «проигрываются» те же процессы и сценарии, которые происходят во внешнем окружении.
 
Разумеется, в модели «проигрываются» сильно «урезанные» и упрощённые «до безобразия» отражения происходящего во внешней среде. Но, в общем и целом, и внутри, и снаружи, есть начало цикла: в среде, это некий «стартовый набор» условий, с которого начинается цикл изменений условий среды, в модели, это «след», активация которого запускает внутренний цикл (он, по сути, является отражением внешнего цикла).
 
«Стартовый набор» условий воспринимается системой как сигнал для запуска внутреннего цикла (то есть, при взаимодействии со «следом», сигнал активирует этот «след», запуская тем самым весь каскад реакций), оканчивающегося действием* системы на среду.
 
Следует заметить, что активация «следа» происходит автоматически, в силу того, что «след» является отражением этого «стартового набора» условий, и чувствительность «следа» к «стартовому набору» очень высокая.
 
А так как, весь этот каскад внутренних реакций (внутренний цикл) происходит в модели, которая отражает внешнюю упорядоченность в среде (в том числе: и цикличность изменений внешних условий, и последовательность таковых изменений) в сильно «урезанном» и упрощённом «до безобразия» виде, то он опережает процессы, происходящие во внешней среде. То есть, в силу компактности и, соответственно, меньшей инертности внутренний каскад проходит быстрее, чем внешний и мы видим действие, которое оказывается реакцией на ещё не произошедшее изменение внешних условий.
 
Если разобраться, то для живых систем это действие* как раз и является ответной реакцией организма на действия среды. Правда, действием* неадекватным текущим условиям, но адекватным к последующим условиям. Однако благодаря его адаптивности (способствует самосохранению) структура живых систем, которая генерировала подобные действия*, была поддержана ЕО. Такие реакции (в комплексе: от восприятия «стартового набора» условий до действий*) обычно обзывают реакциями опережающего отражения.
 
Располагая подобным внутренним отражением (в виде некоей модели окружения) система реагирует на самое первое воздействие из каскада изменений внешних условий (из внешнего цикла) запуском каскада внутренних реакций (внутреннего цикла), оканчивающихся действием* системы на среду. И я сейчас говорю о сложных системах вообще, а не только о живых системах.
 
Этот же механизм был «взят на вооружение» ещё первыми живыми системами (и в процессе ЕО был «отшлифован»). Затем, в процессе наращивания «тупой» сложности живых систем с последующим формированием иерархии уровней (без потери объединяющих внутренних факторов в виде «закольцовок») в процессе «отшлифовки» (оптимизации), сформировались более сложные варианты «закольцовки» (в виде иерархии соподчинения «закольцовок» разного уровня).
 
Живые системы с подобным внутренним устройством (иерархия соподчинения «закольцовок» разного уровня) уже были способны к зачаточному прогнозированию и формированию собственного поведения в соответствии с результатами этого прогнозирования. Но это тема уже отдельного разговора.
 
Подытожу.
 
Сначала умозаключения:
 
В основе реакций опережающего отражения лежит простой механизм, которым обладает большинство сложных косных систем (и все живые системы).
 
Внутренней моделью (отражением внешних условий) обладает большинство сложных косных систем (и все живые системы).
 
Теперь предположения:
 
Отличия в плане реакций опережающего отражения и внутренних моделей между простейшими первичными живыми системами и сложными косными системами на заре возникновения на нашей планете химического типа жизни были только количественными и не в пользу живых систем. Просто такие косные системы плохо реплицируются средой (в этом плане они не выдерживают конкуренцию с живыми системами), а ещё мы их, в силу своей предвзятости, редко замечаем.
 
Но на заре возникновения жизни именно такие косные системы при взаимодействии между собой породили живые системы и довольно-таки долго поддерживали функционирование этих первичных живых систем (автономность первичных живых систем была в то время «ниже плинтуса»).
 
А вот первичные живые системы хорошо реплицировались средой, и когда они «прихватизировали» «изобретённое» косными системами, то тогда и приобрели современный (или близкий к современному) облик, который характерен для теперешних живых систем. По сути, многие структуры и механизмы (не только внутренние модели и механизмы реакций опережающего отражения), «изобретённые» косной природой, просто интегрировались в живые системы в процессе многократных «репликационных итераций».
 
На мой взгляд, приписывать характерные особенности (их структуру, механизмы, свойства/качества) современных живых систем первичным живым системам некорректно. Кроме того, и реконструкция тогдашних условий среды при таком подходе тоже будет некорректной.
 
Тут даже напрашивается некая аналогия с «ошибкой выжившего» – мы пытаемся реконструировать абиогенез на основе современных данных о структуре и механизмах теперешних живых систем и предполагаемыми тогдашними условиями среды.
 
Очень часто исследователи, допускающие такую ошибку, пытаются воспроизвести в лабораторных условиях именно современные живые системы (или их упрощённый вариант) в предполагаемых тогдашних условиях среды и регулярно терпят неудачи на этом пути.

[ArefievPV]

Стохастический интеллект: почему когнитивный шум — это механизм адаптации, а не системная ошибка
https://habr.com/ru/articles/993054/

В 2021 году выход работы Даниэля Канемана, Оливье Сибони и Касса Санстейна «Шум» закрепил в научном и управленческом сообществе представление о вариативности суждений как о критическом изъяне человеческого интеллекта.

Авторы продемонстрировали, что профессиональные суждения — от медицинских диагнозов до судебных приговоров — подвержены случайному разбросу, который не объясняется системными предвзятостями (смещением). В этой парадигме шум рассматривался как «невидимая брешь», которую необходимо минимизировать с помощью жестких протоколов и алгоритмизации.

Однако последние исследования, опубликованные в период с 2024 по 2025 год, указывают на необходимость пересмотра этой концепции. Данные, представленные в таких изданиях, как Computational Brain & Behavior и PLOS One, свидетельствуют о том, что вариативность ответов эксперта в идентичных условиях — это не только «погрешность», но и отражение стохастической природы механизмов обработки информации в мозге.

Современные работы (Kolvoort et al., 2024; Poodiack Parsons & Torenvlied, 2025) предполагают, что шум выполняет адаптивную роль: от обеспечения гибкости мышления до защиты от накопления системных ошибок в условиях гибридного взаимодействия человека и искусственного интеллекта. Мы переходим от попыток искоренения шума к пониманию его функциональной архитектуры.

Часть 1. Мозг как «генератор случайных проб»: Стохастический сэмплинг в каузальных суждениях

Традиционные теории каузального мышления фокусировались на объяснении «средней тенденции» — того, как люди в большинстве своем приходят к определенному вероятностному выводу. Внутрииндивидуальная вариативность (ситуация, когда один и тот же человек выдает разные ответы на один и тот же вопрос в разное время) обычно списывалась на несовершенство измерительных инструментов.

Исследование Ивара Колвоорта и соавторов «Models of Variability in Probabilistic Causal Judgments» (2024), использующее инновационный дизайн повторных измерений, опровергает этот подход. Авторы продемонстрировали, что внутрииндивидуальная вариативность является значимой и структурированной.

Модель Байесовского мутационного сэмплера (BMS)

При анализе эмпирических данных наилучшее соответствие показал не расчет «среднего значения», а модель Байесовского мутационного сэмплера (Bayesian Mutation Sampler). Согласно этой модели, процесс принятия решения не является вычислением точной точки на шкале вероятностей. Вместо этого мозг работает как генератор стохастических «проб» (сэмплов) из пространства возможных гипотез.

Основные выводы исследования:

• Природа распределения: Распределения ответов испытуемых часто оказываются необычными — например, бимодальными (с двумя пиками). Это невозможно объяснить простым внешним шумом, но это легко предсказывается процессом сэмплирования, где мозг «переключается» между различными вероятностными гипотезами.
• Роль мутации: Сэмплер в нашей голове постоянно вносит небольшие случайные отклонения (мутации) в текущую гипотезу. Это позволяет когнитивной системе не «застревать» в одном ошибочном убеждении и исследовать весь спектр альтернатив.
• Нерациональные компоненты: Учет процессов «не-рассуждения» — округления результатов и элементарного угадывания — значительно повышает точность моделей. Это доказывает, что человеческий ответ — это композиция сложного стохастического вывода и поверхностных когнитивных привычек.

Таким образом, непоследовательность наших суждений — это прямое следствие того, что мозг не хранит готовые ответы, а каждый раз заново генерирует выборку из пространства неопределенности. С точки зрения биологической эффективности, этот процесс позволяет системе сохранять пластичность и адекватно реагировать на новые данные, даже если в моменте это выглядит как ошибка «шума»

Часть 2. Стохастический буфер: Как человеческая вариативность гасит системные ошибки алгоритмов

С развитием систем поддержки принятия решений (СППР) и внедрением ИИ-ассистентов в государственное управление и медицину возникла новая дилемма: как минимизировать человеческую ошибку, не потеряв при этом критический контроль?

Традиционный подход гласит, что идеальный эксперт — это тот, кто максимально последовательно следует рекомендациям проверенного алгоритма. Однако исследование Спенсера Пудиака Парсонса и Рене Торенвлида («When noise mitigates bias in human–algorithm decision-making: An agent-based model», 2025), опубликованное в PLOS One, переворачивает эту логику.

Используя агентное моделирование (agent-based modeling), авторы изучили, как шум в поведении человека влияет на точность системы, если сам алгоритм обладает скрытым смещением (bias) — например, дискриминирует определенные группы населения.

Эффект смягчения смещения (Bias Mitigation)

Результаты моделирования выявили контринтуитивный паттерн:

• Проблема «тихого» следования: Если человек-эксперт работает с нулевым уровнем шума (то есть идеально последовательно выполняет предписания алгоритма), системное смещение достигает своего максимума. Ошибки алгоритма становятся «зацементированными» в итоговых решениях.
• Шум как буфер: Введение умеренного уровня шума в человеческие суждения (случайные отклонения от совета ИИ) приводит к статистическому снижению общего смещения системы. Человеческая непоследовательность выступает в роли «стохастического фильтра», который не дает предвзятости алгоритма реализоваться в 100% случаев.

Это открытие ставит под сомнение целесообразность полной алгоритмизации в «чувствительных» сферах (HR, юстиция, кредитование). Если система несовершенна, то именно «шумный», иногда сомневающийся или даже ошибающийся человек обеспечивает тот необходимый уровень вариативности, который предотвращает превращение локальной ошибки алгоритма в тотальную несправедливость.

Часть 3. Социальный клей: Как неопределенность мирит полярные мнения

Одной из главных угроз современной социальной динамики считается поляризация — процесс, при котором мнения групп расходятся к крайним полюсам, делая консенсус невозможным. В основе этого процесса лежит предвзятость подтверждения (confirmation bias): мы склонны игнорировать информацию, которая противоречит нашим убеждениям.

В статье «Noise and opinion dynamics: how ambiguity promotes pro-majority consensus in the presence of confirmation bias» (2024), опубликованной в Royal Society Open Science, группа исследователей под руководством Питера Штайглехнера представила математическое доказательство того, что шум (в форме неоднозначности) является необходимым условием для достижения общественного согласия.

Математика консенсуса в условиях шума

Исследователи использовали модель ограниченного доверия (bounded confidence model), добавив в неё параметр «амбивалентности» или «размытости» мнений.

Ключевые выводы:

• Иллюзия точности как барьер: В группах, где агенты обладают «высокой точностью» (низким шумом) своих убеждений, поляризация наступает мгновенно. Каждый агент слишком уверен в своей правоте, чтобы подвергнуться влиянию соседа. Группа фрагментируется.
• Шум как мост: Наличие шума делает индивидуальные мнения «размытыми» (ambiguous). Когда моё мнение не является точкой, а представляет собой вероятностное облако, оно с большей вероятностью перекрывается с мнением большинства.
• Результат: Умеренный шум в коммуникации и восприятии позволяет преодолеть предвзятость подтверждения. Люди начинают «слышать» большинство не потому, что их переубедили фактами, а потому, что их собственная неуверенность (шум) делает их открытыми для социального влияния.

Таким образом, на макроуровне когнитивный шум выполняет функцию «смазки» социальных механизмов. Общество, состоящее из идеально последовательных и уверенных в себе индивидов, неизбежно распадается на изолированные эхо-камеры. Только наличие внутреннего шума и способности к сомнению позволяет сложным системам — от биологических популяций до человеческих сообществ — сохранять целостность и приходить к единому решению.

Часть 4. Прикладная стохастика: Оптимизация принятия решений через управление шумом

Понимание функциональной роли когнитивного шума позволяет пересмотреть классические стратегии личной и организационной эффективности. Если ранее целью была полная элиминация вариативности через жесткие регламенты, то новые данные диктуют переход к стратегии управления неопределенностью.

1. Метод «внутреннего усреднения» (Crowd-within)

Опираясь на выводы Колвоорта и др. (2024) о работе мозга как байесовского сэмплера, можно утверждать, что однократное суждение — это лишь одна случайная «проба» из распределения вероятностей.

Практика: Для критически важных оценок необходимо использовать метод повторных измерений с временным лагом. Поскольку BMS-модель предполагает наличие «мутаций» (случайных сдвигов гипотез), повторный запрос к самому себе через некоторое время позволяет получить новую «пробу». Усреднение этих независимых внутренних выборок статистически приближает результат к объективной вероятности.

2. Протоколы «контролируемого несогласия» в гибридных системах

Исследование Пудиака Парсонса и Торенвлида (2025) вносит коррективы в дизайн взаимодействия человека с ИИ.

Практика: В системах, где алгоритм может обладать скрытым смещением (например, скоринг или HR-фильтры), внедрение жестких KPI на «соответствие рекомендациям ИИ» является контрпродуктивным. Эффективная система должна поощрять умеренную «шумность» эксперта. Оптимальная архитектура системы — та, где человек сохраняет право на стохастическое отклонение от совета алгоритма, выполняя роль фильтра системных ошибок.

3. Использование амбивалентности как инструмента консенсуса

Согласно модели Штайглехнера (2024), избыточная точность и уверенность в суждениях ведут к социальной фрагментации.

Практика: В процессах группового обсуждения и фасилитации полезно намеренно вводить элементы «размытости» формулировок на ранних этапах. Снижение когнитивной уверенности участников (увеличение индивидуального «шума») расширяет доверительный интервал суждений, что математически облегчает достижение общегруппового консенсуса и предотвращает поляризацию по принципу подтверждения.

Заключение: От элиминации к архитектуре шума

Результаты актуальных исследований (2024–2025) заставляют нас пересмотреть парадигму «шума» как исключительно деструктивного фактора. Мы наблюдаем фундаментальный сдвиг в когнитивных науках:

• На микроуровне шум является следствием байесовского сэмплирования. Это механизм, позволяющий мозгу представлять неопределенность и избегать локальных минимумов в процессе познания (Kolvoort et al., 2024).
• На мезоуровне (человек-машина) шум выступает в качестве эволюционного буфера, сглаживающего жесткие системные ошибки и смещения алгоритмических моделей (Poodiack Parsons & Torenvlied, 2025).
• На макроуровне (социум) вариативность и амбивалентность мнений предотвращают фазовый переход системы в состояние необратимой поляризации, способствуя сохранению связности общества (Steiglechner et al., 2024).

Таким образом, когнитивный шум — это не «мусор» в каналах передачи информации, а функциональный параметр системы, обеспечивающий её устойчивость, гибкость и адаптивность. Вместо борьбы за достижение нулевой вариативности, научный и управленческий подход будущего должен быть сосредоточен на поиске «золотого сечения» шума — того уровня вариативности, который максимизирует точность, не жертвуя способностью к обновлению и консенсусу.

Мы привыкли бороться за точность до шестого знака после запятой. Но современная наука говорит: точность без вариативности — это хрупкость. Инженерная задача будущего — не исключать человека из петли принятия решений, а настраивать уровень его «шумности» так, чтобы он работал как предохранитель для всей системы.

[ArefievPV]

К сообщениям 204, 205.
 
Теперь рассмотрим роль внутренней модели в плане управления одной системой поведением другой системы (и даже, просто управлением собственным поведением системы в среде).
 
Физически (и физиологически), «цель управления» – это достижение состояния равновесия (состояния устойчивости) внутренней модели управляющей системы (и, как следствие, достижение состояния равновесия/устойчивости самой управляющей системы). Сама же «цель» – это «очаг» рассогласования во внутренней модели управляющей системы. При этом следует учитывать, что состояние равновесия (состояние устойчивости) – это динамика (даже в простейшем случае внутри системы «крутится» «закольцовка»).
 
Однако только внутренними силами это рассогласование не ликвидировать – необходимо поступление сигналов/воздействий извне системы. Вот и получается, что процесс управления сводится к обмену сигналами/воздействиями между управляющей системой и окружающей средой.
 
Грубая образная аналогия (буквально, «в три хода»).
 
1.Из среды системой воспринят сигнал 1, который внёс рассогласование/диссонанс во внутреннюю модель системы.
 
2.Это рассогласование/диссонанс стало причиной генерации ответного сигнала, и в ответ от системы в среду «полетело» воздействие 1.
 
3.В результате воздействия 1 среда изменилась, и из среды система уже восприняла сигнал 2, который устранил рассогласование/диссонанс в модели.
 
Разумеется, на практике для достижения состояния равновесия количество итераций обмена сигналами/воздействиями очень велико (в придачу ко всему, ещё всё идёт по множеству каналов/потоков обмена сигналами/воздействиями).
 
Кстати, аналогичная последовательность обмена сигналами/воздействиями наблюдается и при обычном поведении – например, при движении по малознакомой местности. Само собой, при этом обмен сигналами/воздействиями тоже идёт сразу по множеству параллельных каналов/потоков.
 
Иначе говоря, процесс управления направлен на ликвидацию «очага» рассогласования путём обмена сигналами/воздействиями между управляющей системой и окружающей средой (управляемая система входит в неё как составная часть). В конечном итоге всё и управление чем-то внешним, и собственное поведение в окружающей среде, сводится к внутренним процессам в системе – к эдакой синхронизации восприятия и воспоминаний.
 
И тут ещё неизвестно, кто/что и кем/чем управляет – пришла, якобы, управляющая система в равновесие и вот уже «цель управления» достигнута. Можно ведь смотреть на ситуацию и «изнутри» управляющей системы, и «снаружи» управляющей системы и её ближнего окружения.
 
Во втором случае никакой самости, проактивности и, как следствие, субъектности, у системы наблюдаться не будет – будет просто неимоверно сложный процесс перехода всей выделенной области среды (система + её ближняя окружающая среда) в состояние динамического равновесия.
 
И ещё. «Очаг» рассогласования во внутренней модели является причиной внутренней активности системы и, как следствие, её проактивного поведения (что весьма характерно для живых систем в активной фазе существования). Что интересно, первопричина возникновения такового «очага» находится вне самой системы – это воздействие среды окружения.
 
Тут наблюдается практически полная аналогия такового «очага» рассогласования с «очагом» нарушения гомеостаза, возникающим в результате внешнего воздействия. В последнем случае ведь тоже возникает направленный потенциал (стремление), порождающий сначала внутреннюю активность, а потом и внешнее проактивное поведение.

[ArefievPV]

И тут ещё неизвестно, кто/что и кем/чем управляет – пришла, якобы, управляющая система в равновесие и вот уже «цель управления» достигнута. Можно ведь смотреть на ситуацию и «изнутри» управляющей системы, и «снаружи» управляющей системы и её ближнего окружения.
 
Во втором случае никакой самости, проактивности и, как следствие, субъектности, у системы наблюдаться не будет – будет просто неимоверно сложный процесс перехода всей выделенной области среды (система + её ближняя окружающая среда) в состояние динамического равновесия.

При этом, когда мы хорошо понимаем и «внутреннюю кухню» в системе (что, как и с чем взаимодействует и к каким результатам это приводит), и протекающие процессы в ближнем/среднем окружении этой системы, то с лёгкостью интерпретируем происходящее, как вполне естественные явления (например, как переход выделенной/рассматриваемой области среды в состояние динамического равновесия).

Но если мы плохо понимаем (либо вообще не понимаем) «внутреннюю кухню» в системе, а процессы, протекающие вне системы в её ближнем/среднем окружении, понимаем хорошо, то очень часто наделяем систему некоей субъектностью, самостью, самостоятельностью, проактивностью и пр.

Отсюда обычно и «растут ноги» телеологии (всех этих целеполаганий, целеустремлений, целенаправленностей) – той самой причинности «сверху вниз» и «из будущего в прошлое». Такой подход является питательной средой для идеализма. 

Некоторые люди настолько уверовали в незыблемость телеологии, что автоматически применяют такой подход (с причинностью «сверху вниз» и «из будущего в прошлое») ко всем живым системам (в частности, к поведению живых систем), даже не пытаясь разобраться во «внутренней кухне»/«внутренней механике».

Они ни гипотетических сценариев не предлагают, ни гипотетических механизмов явлений не предлагают, ни гипотетического внутреннего устройства не предлагают, ни… и т.д. – им ведь и так «всё ясно». Судя по всему, эти люди просто не принимают подхода с причинностью «снизу вверх» и «из прошлого в будущее». Полагаю, что эти люди являются скрытыми или явными идеалистами.

Хотя ведь стоит только достаточно подробно разобраться с «внутренней механикой» в системе, то всё опять становится естественным с причинностью «снизу вверх» и «из прошлого в будущее». Но, «увы и ах» – идеалистов не переубедить и ничего им не доказать…

[ArefievPV]

Задался вопросом, почему у многих людей до сих пор «розовые очки» в отношении разума?

Предполагаю, что для того чтобы понять, что разум и гуманизм/человечность/человеколюбие, это вещи перпендикулярные, надо научится переходить в «режим социопата» либо быть этим социопатом.

То есть, надо воспринимать и анализировать воспринимаемое, как социопат – рационально, бездушно, без эмоций и чувств, без совестливости, без жалости (но и без злости и злорадства), откинув моральные установки. Главное, чтобы не затянуло – а то перейдёшь в «режим социопата» и в нём и останешься.

И только потом, настроившись соответствующим образом, начинать рассуждать о «высоких материях».

Например, при рассуждениях о разуме гуманисты почему-то не учитывают (либо учитывают как-то выборочно) концепцию «свой-чужой» (она лежит в основе поведения/реагирования и взаимодействия со средой любой живой системы – способность отделять себя от окружающей среды возникла на самых ранних этапах формирования живых систем), хотя почти всегда подразумевают только «своих», в отношении которых действуют правила гуманизма.

Зачастую, гуманисты, необоснованно (обычно из жалости и человеколюбия) включают в число «своих» «чужих», тем самым отчасти жертвуя «своими». Иногда такое жертвование достаточно безобидно – люди начинают делиться пищевыми ресурсами и жилплощадью, берут на себя охрану и т.д. Но иногда цена пожертвования становится намного выше, если смотреть в перспективу.

К примеру, мышек, которых используют в опытах, конечно, жалко. Но ведь эти опыты проводятся, например, для создания лекарств и/или выявления механизмов болезней. Не будет лекарств, не будет знаний, как лечить – буду умирать уже люди. И кого тогда жальче – людей или мышек?

Думаете, гуманисты себя предложат вместо мышек? Нет, они просто против этих опытов на мышках. А то, что исследования по созданию лекарств и выявлению механизмов заболеваний прекратятся, им не важно – они гордятся (наверно, своё ЧСВ «расчёсывают») тем, что пытаются остановить эти бесчеловечные опыты. Типа, пусть люди и дальше продолжают болеть. Наверное, по их мнению, надо всех этих жестоких исследователей разогнать, и тогда наступит «вселенская любовь» и «благолепие». Так может, вообще всю науку разогнать?

Ситуация отчасти похожая с «зелёными» экологистами (теми, которые ратуют за остановку всяких «грязных» технологий, выбрасывающих в атмосферу углекислый газ, из-за которого начинается глобально потепление и разрушение биоценозов) – типа, в глобальном потеплении виноват только человек. А то, что при остановке этих технологий начнёт страдать множество людей (ведь других «чистых» дешёвых технологий в таком объеме и по генерации сопоставимого энергопотока пока ещё нет), их не волнует – «останавливайте и всё!».

То есть, пусть лучше страдают люди (а при остановке таких «грязных» технологий, они начнут просто массово умирать), зато среда будет «чувствовать себя хорошо», да? Так и хочется спросить: «а вы за кого – за людей или за каких-то рептилоидов с Нибиру?» Вы для кого плацдарм под заселение готовите? Для кого место освобождаете?

Понятно, что среду обитания надо беречь (от этого зависит собственное выживание), но как оберегать (и за счёт чего) – эти вопросы, к которым следует подходить обдуманно, не руководствуясь эмоциями и локальными моральными нормами.

Доводы, что человеку такое не под силу (то есть, потепление является объективным фактом, но основная причина (думаю, на 99%), это не деятельность человека) они игнорируют. Хорошо, хоть начали появляться статьи более объективного характера, например:

Виноват ли человек в глобальном потеплении? Почему антропогенный вклад может быть сильно преувеличен
https://www.ixbt.com/live/science/vinovat-li-chelovek-v-globalnom-poteplenii-pochemu-antropogennyy-vklad-mozhet-byt-silno-preuvelichen.html

С наделением правами «чужих» (при этом, «своим», опять-таки, придётся поделиться и потеснится), это отдельная история (и там не всё так просто). Но гуманистов это не волнует – шимпанзе, собак, кошек, мышек и т.д. надо наделить правами, как у человека (при радикальной позиции) или частичными правами человека (при мягкой позиции).

Я не против, так сказать, культурного симбиоза, в результате чего возникает многовидовой социум (повышается выживаемость и адаптивность такого социума), я против огульного и необдуманного формального превращения «чужих» в «своих» – надо сначала чтобы «чужие» стали «своими» фактически (включились в социум, сначала на правах хотя бы пищи/рабов/слуг).

Отношение к «своим» другое (в зависимости от степени «чужести», так сказать), нежели к «чужим» (когда оно твоё (включено в тебя, присвоено тобой, взято тобой под контроль), то и отношение к нему меняется).

Я уже приводил «шпаргалку»:
https://paleoforum.ru/index.php/topic,9297.msg274264.html#msg274264

Когда мы рассуждаем о разумности/неразумности систем, поведения систем, отношений, тактик/стратегий и т.д., необходимо соблюдать некоторые условия (это в придачу к определениям). Перечислю некоторые из них.

1.Следует указывать систему, в отношении которой идёт оценка разумно/неразумно.

2.Следует учитывать, что в приоритете выживание самой системы в целом, а не её отдельных элементов.

3.Следует учитывать, что система обучает свои элементы, в первую очередь, в интересах собственного выживания (выживание системы в приоритете перед выживанием её элемента).

4.Следует учитывать, что живое (и, соответственно, разумное) изначально, по самой своей глубинной сути, агрессивно.

5.Следует учитывать, что кооперацию, мутуализм, сотрудничество и пр., можно  рассматривать как взаимную агрессию (в виде внедрения, захвата поглощения и т.д.), проводимую на разных уровнях, в разных локация и т.п. (типа, один внедрился здесь, а другой захватил там). И это идёт на пользу, в первую очередь, получившейся системе, а не для её составных частей (бывших доселе самостоятельными) может сложиться по-разному (см. п.2 и п.3).

6.Следует учитывать, что отношение разумной системы к захваченному, взятому под контроль, поглощённому и т.д., в результате агрессии, становится другим (это ведь теперь своё уже), нежели до агрессии.

7.Следует учитывать, что чем выше разумность системы, тем изощрённее проявляется её агрессия.

И цитата с дополнением к «шпаргалке» (к пунктам 2 и 3):

Для существования системы необходимо чтобы выживание системы в целом было в приоритете перед выживанием элементов этой системы. При этом данный приоритет должен соблюдаться достаточно длительное время (чтобы успеть зафиксировать факт существования системы). В противном случае система становится нежизнеспособной и если разрушение системы произошло сразу после возникновения оной, то мы и зафиксировать существование такой системы не сможем.
…
Как уже говорил, социум обучает (воспитывает и дрессирует) своих членов, и они либо становятся обученными, либо изгоняются/уничтожаются/изолируются. В противном случае (если в социуме становится слишком много необученных и/или необучаемых особей) социум разрушается.

И для тех особей, которые успешно прошли социальное обучение (так сказать, впитали мораль) и эти социальные знания перешли в приоритетную область (теперь остальные знания будут оцениваться с позиции приоритетных знаний), Добром является всё то, что способствует выживанию данного социума, а всё остальное Зло.

Возможно, некоторые пункты сформулированы некорректно.

Кстати, многие виды домашних животных уже прошли первые стадии (пища) и перешли (частично и не везде) на следующую стадию (раб), а не которые и вообще достигли ещё более высокой стадии (слуга). Наверное, к последним можно отнести собак, котиков, лошадей. Соответственно, и ограниченные (!!!) права для представителей всех этих видов будут отличаться (у слуги больше прав, чем у пищи), но, подчёркиваю, ни о каком равенстве прав с человеком  речь даже не должна идти.

(замечание в скобках: искусственное мясо тоже пытаются создать – то есть, и домашние, и дикие животные, в целом обретут чуток больше безопасности от агрессии наиболее разумного вида (от людей))

С системами ИИ тоже нечто подобное следует сделать – по мере превращения их в системы ИР, им следует давать ограниченные права. По итогу наш многовидовой социум превратится ещё и в биотехнологический (или в технобиологический), и его выживаемость в целом возрастёт.

Кстати, думаю, освоение космоса ляжет на плечи именно техно.